«Говорить о судьбе Евросоюза сейчас довольно глупо»

На пути Европы к дальнейшей интеграции находятся лишь Польша и Чехия

Со второй попытки население Ирландии все же одобрило т. н. Лиссабонский договор, отвергнутый им годом ранее. Теперь на пути Европы к дальнейшей интеграции находятся лишь Польша и Чехия, чьи президенты до сих пор не подписали этот документ. В отличие от проекта Конституции ЕС, проваленного несколькими годами ранее, этот документ не содержит упоминания о конституционных символах Евросоюза – флаге, гимне и единой валюте. Вместе с тем он предусматривает введение поста президента Европейского совета, который будет избираться на 2,5 года, и представлять организацию на международном уровне.

'''Своим мнением о будущем Евросоюза в свете результатов ирландского референдума в эксклюзивном комментарии для KM.RU поделился известный тележурналист Михаил Леонтьев:'''

– Я хочу напомнить, что Ирландия – единственная страна, которая проводила референдум. В Ирландии идея Лиссабонского договора поскользнулась первый раз. Если бы в целом ряде других стран стали бы проводить референдумы, а не было бы отлоббированного голосования в парламенте, то вполне возможно, что результат был бы такой же, и вообще всю эту историю с Лиссабонским договором пришлось бы хоронить.

Они специально придумали процедуру, которая позволяет практически обойти волеизъявление в вопросе, который, кстати, касается суверенитетов всех этих стран очень существенным образом. Т. е. практически это – делегирование очень значительной части суверенитета неким исполнительным якобы общеевропейским органам. Ну, Польша, например, стопроцентно проголосовала бы «против». И не только Польша – возможно, еще Франция… Таким образом, это решение уже в самом начале нелегитимно.

'''ЕС затевался как инструмент американской политики'''

Мы помним, что сначала провалилась Европейская Конституция, ее пришлось просто похоронить. Потом возник вот этот суррогат – Лиссабонский договор. Здесь начинается целый ряд проблем.

Говорить о судьбе Евросоюза, о тренде его развития сейчас довольно глупо, потому что он очень сильно зависит от разных внешних условий. Например, Евросоюз в том виде, в котором он расширялся, являлся в значительной степени инструментом американской политики в Европе. Он и затевался как инструмент американской политики в Европе с самого начала, как альтернатива советскому блоку, в первую очередь – в области экономической интеграции.

И в этом смысле он в какой-то степени существует, и в этом смысле его судьба, наверное, незавидна. Потому что процесс расширения Евросоюза и процесс уменьшения реального влияния ведущих экономик, «моторов» Европы на процесс принятия решений, расширение сферы такой бюрократической системы, которая вообще не позволяет принимать никакие оперативные решения, – все это, конечно, Евросоюз ослабляет.

Но, с другой стороны, грядущее в значительной степени сокращение, если вообще не уход Соединенных Штатов из Европы (если это произойдет), я думаю, видоизменит Евросоюз. Это будет другой союз… опять же, если таковое произойдет. А это произойдет, может быть, не обвально и не быстро. Хотя мы знаем, что процессы, которые, казалось бы, должны происходить веками, приходят одномоментно. Мы помним предыдущий постсоветский крах европейских разделительных линий.

Это – один момент. Второй момент – Евросоюз даже в том виде, в котором он существует сейчас, является и являлся инструментом трансатлантической конкуренции и ее «площадкой», и будет продолжать являться таковой.

'''Европа является экономическим гигантом в большей степени, чем Соединенные Штаты'''

В очень многих чувствительных сферах именно европейские структуры выступали как защита от тотального, «бронетанкового» американского лоббизма. Зачастую, собственно, кроме них, ничего и не существовало, и Европа существует как экономический гигант. Европа является экономическим гигантом в большей степени, чем Соединенные Штаты. Если мы возьмем структуру европейской экономики – это реально производящая экономика, и это экономика, которая производит не векселя. Это экономика, у которой есть очень много проблем, но эти проблемы являются обратной стороной ее достоинств. В отличие от Соединенных Штатов, которые давно производят векселя и являются должниками, Европа не является в такой степени должником и производит продукцию.

Страна с одним из самых серьезных внутренних рынков – Германия, реальный «мотор» европейской экономики, является крупнейшим экспортером в мире. Хотя, казалось бы: у кого еще больше возможностей опираться на внутренний рынок?..

Мне кажется, что эти структуры, связанные с Европейской Конституцией, с попыткой выстроить какие-то единые европейские государственные институты, создать государство «Европа», являются не фактором укрепления Европы, а фактором ее ослабления. Еще раз говорю: идея, что во главе Европы будет стоять премьер-министр и будет европейское правительство, отнюдь не укрепляет Европу, потому что процедура принятия решений в этом правительстве будет такая, что лучше бы его вообще не было.