«Село без школы, как церковь без креста»
Сельская школа умирает, бьет тревогу один из самых авторитетных экспертов в сфере образования, зампред профильного комитета Госдумы [http://www.smolin.ru/news/3/1446/ Олег Смолин]. Причем умирание это прогрессирует, отмечает член-корреспондент Российской академии образования.
Столь мрачный вывод Смолин легко обосновывает даже официальными данными – двумя письмами Минобрнауки. То есть того ведомства, которое и должно по идее в первую очередь заботиться о сохранности и развитии отечественной школы.
Так вот, в одном из этих писем хладнокровно сообщается, что за 2003-2006 учебные годы в России было закрыто примерно 1900 сельских школ. В другом же – что только за 2007-2008 учебный год их закрыто 2400, то есть на 500 школ больше, чем за три предшествующих года. «Прогресс» налицо. И оттого, действительно, ужасает.
Потому что школа на селе – это не просто заведение, где ученик получает определенные знания (хотя и это, несомненно, крайне важно). Сельская школа несет в себе еще гораздо более важную миссию – это то место, где ребенок социализируется, то есть становится человеком общественным, постигает свою принадлежность Родине.
В городе, согласитесь, у школьника есть много иных возможностей, чтобы вписаться в общество: кружки, секции, детские дома творчества и т. п. А на селе всего этого нет – все это там может заменить только школа. И потому, когда школа умирает на деревне, как правило, умирает и сама деревня. Молодежь оттуда попросту уезжает.
«Для нас закрытие школы – просто надругательство над нашими интересами, правами, будущим наших детей и тех, кто долгие годы строил на этой земле свою жизнь, трудился в колхозах и совхозах, – писали в августе прошлого года президенту РФ Дмитрию Медведеву жители села Тимирязево Лухского района Ивановской области. - Чем обосновать такие жертвы? Якобы нашими же интересами? Неужели изменить малую часть в пожарных нормах (для уже существующих школ, оправдавших себя годами безупречной работы) труднее в нашем государстве, чем прекратить жизнь целого поколения, сломать нажитое и наработанное годами?»
Здесь надо пояснить, что школа в селе Тимирязево закрывалась из-за того, что была деревянной, то есть пожароопасной. Хотя до этого через нее прошли поколения селян. Грустная тенденция, однако, наблюдается в нашем государстве, писала тогда газета [http://www.tribuna.ru/articles/2008/08/07/article8035/ «Трибуна»], которая и рассказала об этой истории. Сначала селян лишили работы на земле, побудив ездить на заработки в большие города. Потом сократили сельские почтовые отделения, фельдшерские пункты, оставив селян без связи и медицинской помощи. Теперь закрывают школы. А ведь жизнь показывает, пишет издание, что после закрытия школы за два-три года сельское поселение лишается постоянных жителей. Пока жива школа – живет село. Недаром в народе говорят: «Село без школы, как церковь без креста».
А ведомство Андрея Фурсенко тем временем продолжает «оптимизировать» систему отечественного образования – в том числе путем прогрессирующей ликвидации сельских школ. «Вкладывать деньги в дырявые трубы и крыши неэффективно, - приводит «Трибуна» слова министра образования и науки, сказанные им еще в 2006 году во время посещения российской «глубинки». - …Да, кого-то надо закрывать. Я понимаю, что люди наши волнительные, их волнует все. Но надо верить в хорошее».
И вот с тех пор прошло три года. Итог «оптимизации» системы сельского образования по Фурсенко – почти 2400 закрытых школ. И столько же, по-видимому, умерших деревень.
«Я – сын директора сельской школы и сельской учительницы, - заканчивает свою публикацию, с которой был начат рассказ, Олег Смолин. - В селе провел самые счастливые годы. Очень хочу, чтобы сельская школа сохранилась и делала детей счастливыми…»
Желать и верить, конечно, можно и даже очень нужно, уважаемый Олег Николаевич. Но только - не г-ну Фурсенко.
Комментарии читателей Оставить комментарий
Я, директор сельской школы Самарской области, живу и работаю в прекрасном селе Борискино-Игар. Жив колхоз, имеется работа для всех, но беспокоит судьба средней школы на селе. Чиновники в последние годы перестали обращать внимание на состояние сельских школ. Здание требует ремонта, деньги не выделяются. С высоких трибун начали говорить, что проблема сельской школы - это проблемы только самой школы. "Твоя школа - твоя проблема", говорит недавно чиновник районного уровня. В нашу школу мы подвозим детей с двух соседних сел, которые вошли в число 2400 закрытых школ. Эти села обречены на вымирание. Жалко. Если так будет продолжаться, то скоро закроют среднюю школу и в нашем селе.
Для того,чтобы жила деревня,надо разукомплектовывать города.
-->Надо, чтоб сами люди озаботились проблематикой. Вот если бы им пришлось всем селом судить односельчан за воровство, да еще не дай бог, пороть их собсноручно.
Нет, конечно, я туда не зову. Воды этой реки уже утекли. Сейчас главное другое - выпускать в жизнь молодых людей с неискалеченной прошлыми перегибами психикой. А это непросто. Сами по себе дем.процедуры этого не дают. Нужна направленная работа.
Лена, Юля. Душой я с вами. Деревню посещал время от времени, но давно. С сельским бытом и сам сталкивался, пару лет жил в старом домике в деревне, 130 км (>101) от Москвы.
Здесь много натурального зазеркалья, т.е. того, что отражается в селе, как зеркале русской души. Откуда пошла насильственная коллективизация, перешедшая в истребление кулаков, а часто просто крепких мужиков, соль земли? Начиналось все с лучших намерений. Для повышения производительности труда надо пахать трактором. Трактору нужны большие участки. Значит, надо объединять крестьянские наделы в колхозы. А крестьяне не согласны.
- Ах, не хотите? Заставим.
Ну, насилие ведет куда угодно, но не к любви. И одно из последствий - воровство в последней стадии развития, что-то вроде рака крови. Так что выправлять огрехи на селе надо, но деликатно, ни в коем разе не с шашками наголо.
Юлия, я по роду профессии объехала не одно сельхозпредприятие по России с проверками. Так, вот кто ворует и как ворует, я знаю. По поводу не засеянных полей. Юлия, вы пробовали когда-нибудь выкупать земельные паи? А знаете как жгут фермеров из-за зависти? На моей Родине во Владимирской области, фермер нанимал солдат охранять картошку, т.к. полдеревни картошку не посадило в надежде наворовать. Как стыдно мне было за бабушкину сестру и соседку, кстати, учительницу математики на пенсии, когда их поймали за воровство картошки, и фермер пришел к нам, их стыдить. Ну, не в суд же подавать на 80 летних старух. И не с голоду они её тырили. У нас у самих в тот год картошка лучше чем у фермера, и слава Богу, в достатке. А тырили по привычке: «всё кругом колхозное, все кругом ничьё»
Так вот, кроме нас самих никто не поможет. Исправимся сами, мир вокруг нас исправится автоматически. Закон сохранения энергии, однако.