Пора размораживать отношения с Россией

Очень немногие европейцы знают, что у ЕС есть «стратегия безопасности»

Очень немногие европейцы знают, что у ЕС есть «стратегия безопасности». Принятый пять лет назад, этот документ содержит оценки угроз, варьирующихся от терроризма до распространения ядерного оружия и организованной преступности. Есть и положения о необходимости эффективной системы правления в странах, граничащих с ЕС, чтобы их проблемы не стали проблемами Евросоюза, но здесь ничего конкретного не говорится.

В проекте стратегии Россия не упоминалась ни разу. Крупнейшая страна Европы не считалась ни угрозой, ни ценным ресурсом. Это было исправлено в окончательном варианте, где была затронута ее роль в стабилизации на Балканах. Взаимовыгодной была признана перспектива «стратегического партнерства».

Как же изменились настроения с 2003 г. Теперь в кругах Евросоюза Россия все чаще характеризуется как «напористая» и «усиливающаяся». Под влиянием августовской войны в Южной Осетии возникло новое расхожее мнение: многие аналитики прибегли к метафорам «холодной войны», обвиняя Москву в возвращении к тезисам брежневской эпохи о том, что ее соседям полагается лишь «ограниченный суверенитет». Они игнорировали тот факт, что реакция России имела место после того, как Грузия, при поддержке некоторых элементов в администрации Буша, атаковала жителей региона, которые хотели защиты России.

Другие считали, что кризис был вызван твердым намерением людей Буша относиться к России как к потенциальному противнику. Они стремились включить в состав НАТО Кавказ, а также страны (например, Украину), население которых, согласно опросам, этого не хотело. Они денонсировали договор с Россией о противоракетной обороне и начали размещать компоненты антироссийской по сути своей системы в Чехии, где это также было непопулярно.

Когда Дмитрий Медведев заявил о «привилегированных интересах» Москвы в некоторых сопредельных государствах, Вашингтон назвал это запугиванием, хотя новый президент России не претендовал на право вмешательства. Полная цитата показывала, что он имел в виду давние культурные и языковые связи, в чем нет ничего более угрожающего, чем в «особых отношениях» Британии с США.

Война в Грузии имела один позитивный побочный эффект. Она инициировала общественные дебаты о целесообразности расширения НАТО и рамках отношений между Европой, Россией и США. В апреле Франция и Германия совершили исторический шаг, публично усомнившись в политике США относительно НАТО и дав понять, что Грузия и Украина еще не готовы к вступлению. Кроме того, благодаря Ангеле Меркель и Николя Саркози, ЕС выполнил роль посредника вместо того, чтобы выразить, подобно правительству Великобритании, одностороннюю поддержку Грузии.

Теперь дебаты о политике США в отношении России и о том, должна ли Европа следовать ей, должны получить дальнейшее развитие. Первая возможность представится на саммите ЕС-Россия в пятницу. Затем, в декабре, на своей встрече, регулярно проводимой раз в полгода, лидеры ЕС будут должны решить, следует ли им модифицировать стратегию безопасности. Можно надеяться на то, что они будут готовы к радикальному мышлению по другим «замороженным конфликтам» и рассмотрению предложений Медведева по новому договору о европейской безопасности.

При Путине и Медведеве внутренняя политика России приняла авторитарный оборот. Но она более демократична, чем Китай, с которым у Запада хорошие отношения. Через семнадцать лет после распада Советского Союза Европа и Россия должны признать, что они нуждаются друг в друге: их общие интересы гораздо важнее разногласий.

Международная кризисная группа предложила новую европейскую структуру безопасности: в ее основе лежит НАТО, но она дает России и Европе пространство для взаимодействия в других областях. Специалист по ЕС Джон Палмер в докладе для Европейского института в Сассексе (Sussex European Institute) выдвигает идею «панъевропейского сообщества» с аспектами разделенного суверенитета и общего принятия решений по определенному кругу вопросов.

Но сначала нужно решить грузинскую проблему. В понедельник европейские министры иностранных дел сделали верный ход, решив возобновить переговоры с Россией по новому соглашению о сотрудничестве, приостановленные из-за войны в Осетии. Во-вторых, НАТО на своем декабрьском саммите должна начать пересмотр отношений с Россией и отложить рассмотрение заявок Грузии и Украины на членство до окончания этого процесса.

Это потребует очередной смелой инициативы со стороны Меркель и Саркози, единственных лидеров ЕС, которые мыслят достаточно независимо для того, чтобы заявить, что стратегические интересы Европы и США часто расходятся. Кроме того, Франция и Германия должны призывать избранного президента Обаму отказаться от враждебных эпитетов в отношении России, которую он назвал «все более автократической и воинственной».

Когда на прошлой неделе Медведев заявил, что Россия ответит на создание ракетной системы США в Центральной Европе размещением собственных ракет, это было предупреждением о том, что провокации Буша вывели Россию из терпения, и приглашением Обаме продемонстрировать, насколько искренни его предложения по сокращению ядерных арсеналов и обеспечению безопасности плохо охраняемых ядерных боеприпасов. По сути, Медведев сказал: «Нельзя подрывать локальную безопасность страны и в то же время стремиться к сотрудничеству с ней по вопросам глобальной безопасности».

Безусловно, он повторит эту мысль, если встретится с Обамой в эти выходные во время финансового саммита в Вашингтоне. Кремль не хочет, чтобы Обама думал, будто он может просто воспользоваться наработками Буша: если он действительно хочет вести дела с Москвой, то ему придется исправить тот урон, который нанес по своему неразумию Буш.

'''Джонатан Стил, «The Guardian», Великобритания'''