Мать Артемия Лебедева сбежала

Люди, пришедшие 24 января в Российскую Государственную Библиотеку на встречу с писательницей Татьяной Толстой, в большинстве своем, не были случайными. Поэтому нижеследующую беседу

Люди, пришедшие 24 января в Российскую Государственную Библиотеку на встречу с писательницей Татьяной Толстой, в большинстве своем, не были случайными. Поэтому нижеследующую беседу добрых знакомых разумнее будет предварить несколькими замечаниями. Итак, она: писатель (первый сборник рассказов «На золотом крыльце сидели …» вышел в 1983 году, затем был второй – «Любишь – не любишь» (97) и третий – «Река Оккервиль» (99), а в 2000 году был опубликован ее первый роман «Кысь»). публицист (ее эссе, очерки и статьи, печатавшиеся в 1990-98 годах в газетах «Московские новости» и «Русский телеграф», в 98 году были опубликованы в сборнике «Сестры») преподаватель (профессор американского университета, ведет семинары по литературе и художественному письму) внучка писателя Алексея Николаевича Толстого мать web-дизайнера Артемия Лебедева

После такого информационного прессинга можно смело приобщиться к собравшимся в РГБ поклонникам творчества писательницы. Заваленная горой записок, еле успевая их сортировать, она пыталась ответить на все вопросы:

- Да, много нас, Толстых, на свете. Как я понимаю, в общем представлении, мы слились в какую-то огромную семью, все члены которой беспрестанно пишут. Что ж, в общем, так оно и есть. Что касается Льва Николаевича – я как-то попыталась выяснить наши родственные отношения – получилось что-то вроде семиюродного пра-пра-прадедушки. А вот Алексей Николаевич – мой самый настоящий дедушка. Сейчас, кстати, по разного рода причинам его перестали читать – и очень зря! «Петр I» (особенно, первая часть»), «Похождения Невзорова, или Ибикус», «Детство Никиты» (по-моему, лучшая его повесть) – невероятное воображение, легкость и живость слога, чистый язык. Но, в то же время есть и откровенно слабые вещи – тот же «Гиперболоид» плохо написан, в начале еще спасает детективная интрига, а потом сюжет становится вязким или окончание «Петра I» – роман же так и не был закончен. Раз сам автор не дописал, так и мы имеем право не дочитывать.

- Как я сотрудничала с радио «Свобода»? Скорее, я сотрудничала не «с радио», а непосредственно, с Александром Генисом. Именно с его подачи мы записали цикл передач «Любимые писатели ХХ века». Я рада, что кто-то слушал. Мы решили: 12 месяцев – 12 текстов. Критерии отбора? А никаких, точнее, глубоко субъективные. На самом деле, выяснилось, что их, даже самых любимых, гораздо больше (по крайней мере, 50), так что, конечно, список получился несправедливый. Но, тем не менее, в него вошли Бунин, Мандельштам, Платонов, Искандер, Булгаков, Олеша, Зощенко, Ильф и Петров, Веничка Ерофеев …оставшиеся сейчас вылетели из головы.

- Про американских студентов что-нибудь? Ну, что – 6 лет вела я там свои семинары, а сейчас не выдержала – сбежала. Почему? Да тысяча причин. Просто надоело, в конце концов. Но, одна из главных – испугала перспектива утраты «основного орудия труда» – хотя всегда относила себя к числу лингвостойких товарищей, уже начали проскальзывать в быту английские слова. А студенты – что о них можно сказать … Если в группе из 15 человек хотя бы двое окажутся способными – это большая удача. Обычно такой только один – с ним и ведешь диалог через головы, остальные просто не понимают, о чем речь. «Жулят», хитрят, ленятся, а я – вылавливаю, гоняю и наказываю. О каком творчестве может идти речь?! Вообще, идея ставить за творчество оценки несостоятельна. Начинающему писателю может помочь лишь чтение и обсуждение прочитанного (хотя, последнее в некоторых случаях может и навредить).

Как истинная мать Артемия Лебедева, Татьяна Толстая не смогла удержаться и не воспеть все прелести Интернет, неограниченный доступ к которому, благодаря сыну, она использует на полную катушку:

- Вот говорят, в Интернете одна порнография. Если мыслить такими категориями, то и Москва – один большой бордель, разве что вперемешку с казино. Только я ведь в них не хожу, так и в Интернет каждый находит то, что ему нужно. Сейчас там действительно есть все. Меня лично интересуют политические новости и, конечно, разного рода литературные события. Очень удобно и не занимает много места, а то у меня и так вся квартира – одна сплошная библиотека.

- Как начала писать? Да так, вот взяла в 83-м году и написала. А пишу я мало и долго. «Кысь», ту вообще, в 86-м году начала. Роман – вещь особая. Рассказ – тот можно за 3 дня написать, если Господь пошлет. На роман же надо голову настроить и все время ее в таком состоянии держать. А я – человек ленивый, каждый день не пишу, (но думаю – каждый), плюс перестройка – столько событий – отвлеклась, а тут еще и заграница – уехала … Так и прошло 14 лет. Столько жизни, столько рождений, столько смертей, а сколько разочарований … В общем, столько лет лепила-лепила, а тут, наконец, замес поставила в печь – а в июне прошлого года глядишь, и подрумянилось. Сама свой роман люблю и постоянно нахожу подтверждения своего мифа в реальной жизни.

«Нрав у Бенедикта переменчивый, это уж он и сам знает. День на день не приходится. То другой раз с утра такая бодрость вступит беспримерная … То скука плаксивая нападет. Это больше к вечеру. Особо по осени, а уж зимой-то едва ли не каждый день. Вот и сегодня, к вечеру, в аккурат на самом рабочем месте, невесть с какой причины у Бенедикта внутрях ФЕЛОСОФИЯ засвербила. Мутно-мутно, как тень под водой, стало что-то в сердце поворачиваться, томить и звать, а куды? – и не скажешь.

И тревога холодком, маленькой лапкой тронет сердце, и вздрогнешь, передернешься, глянешь вокруг зорко, словно ты сам себе чужой: что это? Кто я? Кто я?! Вот она что делает, кысь-то!»

А я-то думаю, и что это на меня последнее время нашло? Оказывается, кысь напала :(

Ждем Ваших откликов на статью...