Кир Булычев и царский портрет
Этакая разноголосица в названии объясняется еще более сумбурными впечатлениями, которые остались у меня после презентации альбома «Книга в семье Романовых», состоявшейся 19 января в Историческом музее. По словам издателей, роскошно иллюстрированная книга, посвященная собраниям личных библиотек русских императоров от Петра I до Николая II, сама по себе является поистине царской, “предлагая вниманию элитарного читателя богатейшую коллекцию с трудом восстановленных раритетов».
Простым читателям вроде меня, случайно забредшим на эту чинную церемонию, не удалось собственноручно полистать заветные страницы и пришлось ограничиться лишь прочувствованными речами сотрудников отдела редких книг Российской Государственной Библиотеки, принимавших непосредственное участие в поиске и восстановлении фрагментов вышеупомянутых книжных коллекций и восторженными отзывами спонсоров этого издательского проекта – представителей Благотворительного фонда В. Потанина.
Присутствующим также посчастливилось лицезреть церемонию вручения автору проекта Валерию Александровичу Дурову ордена Академии российской словесности и выслушать долгие взаимные комплименты спонсоров и издателей. Торжеству аристократизма помешало лишь неожиданное вмешательство Кира Булычева, по счастливой случайности, оказавшегося лучшим другом Валерия Дурова:
«Как говорят на комсомольском собрании, я, Кир Булычев, знаю тов. Дурова с 15-лет. На протяжении всей своей жизни он все время работает, пишет какие-то книги, коими беспрерывно донимает и без того занятую общественность.
В общем, когда Валера позвонил мне и пригласил на какое-то мероприятие по случаю выхода его очередного произведения, я подумал: «Ну, выпьем, ну, разойдемся …» А когда, войдя в зал, я увидел столько уважаемых людей, и не сразу заметил притулившегося в уголке самого Дурова, я вдруг понял, что попал на нечто другое … нечто спонсорское, если так можно выразиться».
Поскольку открытие происходило в рамках проходящей тут же выставки «Детство в царском доме. ОТМА и Алексей» (посвященная детям Николая II, цесаревичу Алексею и его сестрам, «ОТМА» – великим княжнам Ольге, Татьяне, Марии и Анастасии), я решила использовать имеющуюся возможность и повнимательнее рассмотреть все экспонаты. Но сосредоточиться у меня так и не получилось – портрет Николая II, выполненный виртуозной серовской кистью, собрал вокруг себя несколько пылких ценителей живописи, шумная дискуссия которых не могла не привлечь к себе внимание окружающих. «Окружив» их как следует, я неожиданно втянулась в настоящую интригу:
- Вот это портрет!
- Это не портрет, а эскиз к нему.
- Ах, да, эскиз! Ну, конечно, как же размашисто, легко!
- Тю-тю-тю, легко! Да это самое сложное, писать в такой манере. Художникам приходить сюда надо и учиться, как надо писать портреты!
- А можно еще в Третьяковку ходить – там сам портрет.
- Тю-тю-тю, сам портрет! Вы «МК» за декабрь что, не читали?! Нет там уже его. Был-был, покочевал по запасникам и исчез!
- Да что Вы?! Но в 62-м году он точно был!
- Так то в 62-м!
- Мда …Ну, может, всплывет еще …в коллекции какой частной …
- Это только рукописи не горят, причем исключительно по мнению Булгакова. А такие портреты, и подавно, никогда не всплывают!
В общем, как говорится, «шла в комнату, попала в другую»: детективную историю об исчезновении царского портрета ищите в подшивках «Московского комсомольца» и читайте царскую книгу – великолепное издание для элитарных читателей, к коим a priori относятся все читатели КМ.:)
Алина Старинец
Ждем Ваших откликов на статью...
Комментарии читателей