ПОЧЕМ НЫНЧЕ ХЛЕБУШЕК?
Наша публикация о проблеме ценообразования вызвала много откликов. Сегодня мы публикуем мнение на этот счет главы администрации Волгоградской области Николая Максюты. Оказывается, и у администрации есть претензии к хлеборобам. Ситуация достаточно неоднозначная.
Выяснилось, в частности, что наряду с цивилизованной торговлей имеют место теневые сделки “в лесополосах” по мелким партиям зерна, когда покупатель вручает чемоданчик с деньгами, а продавец дает “джентльменское” обещание поставить оговоренное количество товара. Перед этим покупателя возят по полям и токам “на смотрины”.
Помимо того что становится невозможен статистический подсчет реализованного товара и взимание налога, тормозится поток зерна на элеваторы. И что особенно плачевно — на так называемые водные элеваторы, с которых возможна единовременная загрузка теплоходов типа “река-море” для отправки зерна на экспорт. А именно интенсивный экспорт может реально повлиять на рост цен. Как выразился Николай Кириллович: “Не будет же капитан теплохода ждать, пока ему наполнят трюмы с помощью грузовиков”. Еще он добавил, что его администрация не в силах кардинально повлиять на уровень зерновых цен, так как в Европе был довольно высокий урожай злаков.
Объяснить более подробно, что происходит на хлебном рынке в стране и регионе, мы попросили начальника Управления аграрного маркетинга комитета по сельскому хозяйству и продовольствию администрации Волгоградской области Константина Ткаченко.
По его словам, цивилизованной торговлей зерном во всем мире считается реализация его через биржи. В этом случае возможны даже так называемые фьючерсные контракты, когда, по сути, продается еще не выращенный хлеб и покупатель берет на себя определенную часть риска по дальнейшей реализации сделки. При комитете по сельскому хозяйству функционируют секции торговли зерном НВТСБ (Нижневолжской товарно-сырьевой биржи). Но, к сожалению, количество “игроков” оставляет желать лучшего. Российский крестьянин проявляет осторожность, он пока еще не привык к подобным рыночным механизмам. Через биржи идут, в основном, закупки в рамках государственной зерновой интервенции. Параллельно ведут торг заезжие купцы, но, как мы уже говорили, зачастую “черным налом”.
ПАРАДОКС СТОИМОСТИ
Государство предприняло закупочную интервенцию как раз для того, чтобы прекратить обвальное падение цен, наметившееся в конце августа. Вскоре падение прекратилось и наметился рост. На обеспечение интервенции выделено 6,2 млрд. рублей. Больше половины этой суммы уже израсходовано на закупки.
— Динамика цен на свободном рынке приобрела довольно неожиданный характер, — продолжает специалист. — Так, цены на ячмень сравнялись с продовольственной пшеницей, что объясняется повышенным экспортным спросом. Рыночная стоимость пшеницы 4-го класса также приблизились к продовольственной.
— Чем же объяснить такой парадокс?
— 4-й класс пользуется спросом за границей. Он занимает как бы промежуточное положение между продовольственным и фуражным. Хотя и уступает 3-му классу по хлебопекарным свойствам. Но на Западе научились, добавляя всевозможные разрыхлители и улучшители, получать очень приличный (с виду) хлеб. Таким образом, ячмень и пшеница 4-го класса — есть основные экспортные составляющие.
Вот как сложились цены на рынке пшеницы.
3-й класс — 2400—2600 рублей за тонну.
4-й класс — 2200—2300.
5-й класс — 2000—2200.
МНЕ СВЕРХУ ВИДНО ВСЕ...
— Есть все основания считать, что истинное количество собранного в области зерна заметно превышает официальную цифру в 4 миллиона тонн. Такие выводы можно сделать на основе космической и аэрофотосъемки сельхозугодий накануне уборочной страды. “Зажим” зерна приводит к тому, что оно скапливается на площадках хозяйств, непригодных к длительному хранению. Если же там заведется долгоносик или прочая живность, то такое зерно нельзя употреблять даже на корм скоту, а только... на спирт невысокого качества.
— Какая доля урожая надежно складирована сейчас?
— На сегодняшний день вывезено на элеваторы менее половины из упомянутых 4 млн. тонн.
— А способны они вместить весь урожай?
— Несомненно.
— Каким же образом хранится зерно в хозяйствах?
— В лучшем случае под крышей на токах, а то и в гуртах под открытым небом.
Повторяю, уровень закупочных цен напрямую зависит от темпов экспорта. А их, к сожалению, сдерживает еще и недостаточное количество специализированных зерновых терминалов в морских портах страны. Есть программа по строительству новых перегрузочных комплексов. Все же по России объем экспорта уже составил 5 млн. тонн. Это неплохой показатель, вселяющий надежду, что темпы экспорта сохранятся.
— Выходит, наш хлебный причал в Ворошиловском районе, от которого идет подземная транспортерная лента прямо на элеватор, становится на вес золота?
— По-видимому, так. Недаром у этого водного элеватора появился хозяин в лице французской фирмы “Луис Дрейфус Восток”. Эта же фирма является крупным покупателем на зерновом рынке.
— Могут ли наши сельхозпроизводители продавать зерно, скажем, на Ростовской бирже?
— На Ростовской могут. А также на Московской и Самарской. С ними у нас взаимодействие. При комитете по сельскому хозяйству и продовольствию есть так называемый Центр удаленного доступа. Представители хозяйств могут прийти и поучаствовать в торгах по закупочным лотам, выставленным из этих регионов. Как это сделал уже ряд хозяйств Палласовского района.
Будем надеяться, что все те миллиарды, которые выделены на интервенцию, попадут, в конце концов, в карманы хлеборобов. Интервенция продолжается.
Комментарии читателей